Дмитрий Коржов (dmitry_korzhov) wrote,
Дмитрий Коржов
dmitry_korzhov

Categories:

Все мы - воины России

    Роман известного писателя-вологжанина Дмитрия Ермакова "Тайный остров" - панорама жизни русской северной деревни, по сути, всю советскую её жизнь - от двадцатых (это время, как и гражданская война, отчетливо, явственно звучат в биографиях отдельных героев, хотя основное повествование происходит позже) до середины восьмидесятых годов ХХ века. Замечательно, что эта жизнь нам представлена через конкретных людей - судьбы жителей Семигорья, того самого села, которое "раскинулось вблизи Сухтинского озера", и всегда, со всеми её радостями и горестями, остаётся в центре разговора.

   Большое полотно и, в сегодняшней литературной ситуации России, редкое: жизнь нашего крестьянства на протяжении десятилетий, нескольких эпох, сложнейших, переломных - коллективизация и раскулачивание, война, восстановление после нее, правда и кривда нелегкого послевоенного бытия людей села. За этой темой - могучая, сложившаяся литературная традиция: от Федора Абрамова до Бориса Можаева и Василия Белова. В этом же ряду и наш земляк, мурманчанин Виталий Маслов с его сагой о поморской Атлантиде - архангельской деревне Семжа, получившей в его книгах имя Крутая Дресва.

   Дмитрий Ермаков по-сыновьи верен своим предшественникам, следует за ним со всеми присущими ему, как автору, вниманием и чуткостью. Для "Тайного острова", как и для всех лучших образцов отечественной прозы, характерны коленопреклоненная любовь к родной земле и её людям, любовь к русскому человеку, вера в него. Прекрасно, что автору удается рассказать об этом, умело сочетая общий и частный планы, мастерски сплетая макро- и микропространства: жизнь маленького человека и села, района, области, страны, наконец, или, если речь о военных делах, фронта. "Маленький" человек в нашем случае, конечно, большая условность, формула. Люди (Дойниковы, Поповы, Лобановы, Поляковы), о которых рассказывает нам в "Тайном острове" Ермаков, - из тех, без которых не было бы ни одной из наших побед, из тех, на которых стоит русский мир, земля родная.

  И ещё одна очень важная, корневая для этого романа история. Сквозной образ Тайного острова (неслучайно он стал названием книги) - некоего легендарного острова посреди озера с монастырем на нем. Он, этот образ, словно связующая нить, проходит через весь роман, беспрестанно убеждая читателя, что такой остров - не миф, не выдумка, но - живая, жгучая реальность, столь же действительная и явственная, как наша православная вера, как сама Русь Святая. Причем говорить о столь высоких вещах Ермакову удается очень просто, без патетики и пафоса, обычными словами, как, впрочем, и положено настоящему писателю.

   О языке "Тайного острова" нужно сказать особо. Это замечательный, сочный, образный, плотный русский язык - классический язык высокой русской прозы, привычный для Ивана Бунина и Антона Чехова, Юрия Казакова и Константина Паустовского, Валентина Распутина и Виктора Астафьева. И для Дмитрия Ермакова. Вот послушайте, навскидку:

"...Стояли благодатные, будто выстеленные - до того воздух прозрачен, а небо сине - дни бабьего лета. Лес желтел берёзками, румянился осинками, только ёлки, как монашки, - в тёмных одеждах...".

   А вот описание первого послевоенного застолья: "К июлю 45-го в Семигорье вернулись многие из оставшихся в живых фронтовиков. все они сейчас были тут. Были тут и овдовевшие солдатки. Были девушки, ждавшие-переждавшие парней с войны. Были тут дети, позабывшие за годы войны отцов. Сидел за столом совсем состарившийся, с трясущимися руками директор школы Антон Семёнович Снятков. Сидел на почётном месте священник отец Анатолий, а рядом с ним председатель колхоза "Сталинский ударник" Дмитрий Алфеевич Дойников. Был тут и Степан Бугаев - глыбился за столом. Была тут тонкая, светлая, как берёзка, и (сейчас вдруг все это увидели) очень красивая учительница младших классов Ольга Сергеевна... И Васька-косой тут как тут, из бутылки по стопкам на своём конце стола разливает...".

   Какой ряд! И какие все разные. И все вместе - без чинов и званий. Как и победили - вот так, все вместе. Всем миром.

   И ещё одна очень важная вещь, одна из главных, важнейших скреп "Тайного острова". "Все мы служивые..." - так уходяшим на войну семигорцам говорят некие странники, божьи люди. Вроде бы мимоходом это сказано, но значимо, весомо. И очень верно. Вспомнилась невольно строчка поэтическая давняя: "Все мы - воины России, вне времён, и вне эпох..." Так и есть. Все мы служим родной стране, каждый - на своем месте, по мере сил. И у каждого - свой Тайный остров.

Tags: Вологда, друзья-писатели, русская литература, русская проза, самые мои
Subscribe

  • "Надежды научить вас писать нет..."

    Астафьев: - Мы сюда приехали не для того, чтобы научить вас писать, надежды такой вообще нет, мы приехали помочь каким-то советом, и дело автора,…

  • В вечереющем воздухе...

    ДЫМОК Что ни вечер - эта пара: Он - без шапки, налегке, И она - в шубейке старой, В тёплом вязаном платке. Он кладёт пузатый ранец На ноздристый…

  • Мама, мне всего лишь двадцать!

    "Коржов в Мурманской области больше, чем поэт. Без шуток. Так есть. Я не знаю ни одного автора на Кольской земле, о котором слышал бы…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments