Дмитрий Коржов (dmitry_korzhov) wrote,
Дмитрий Коржов
dmitry_korzhov

Categories:

Бесконвойный Шукшин


       Василия Шукшина, которому сегодня исполнилось бы 90 лет (ощущение, кстати, другое, словно он не в прошлом, а в позапрошлом столетии жил, как все первейшие классики), я еще в детстве почти всего прочёл - отец очень любил - и его кино, "Калину красную" в первую очередь, и рассказы. Именно рассказы. Он всё-таки, в первую очередь, рассказчик.
      Рассказы у него очень простые и подчас очень странные внешне - такое чувство подчас, что и не проза это, а кто-то, и впрямь, на завалинке быль-небыль очередную рассказывает, причем без всякой "сказовой манеры", без стилизации, нормальным, не книжным языком. Это, как правило, истории про людей, подчас без особого сюжета, в жанре "живёт такой парень". А вот читаешь такой - вроде "Алеши Бесконвойного", "Классного водителя" или "Гриньки "Малюгина" (на последних двух незатейливых вещицах он потом упомянутое мной кино и построил), и на душе теплее становится.
      Мне кажется, он больше других писателей проник в суть русского человека, красоту его чувствовал и, вместе с тем, тайну, непредсказуемость, готовность к конкретному действию - не всегда, кстати, положительному, но, в целом, всё-таки готовность к подвигу (в исконном понимании этого слова: поступок через "не могу", к движению, подвижничеству беспрестанному). У него в одном из рассказов - "Верую!" - один из героев, кстати, священник, говорит другому: "Плохо тебе, не пляшется? А ты - пляши!" Вот так.
    Для меня очень важно и то, что Шукшин людей любит, даже в лихости их и безобразии. Понять пытается, разглядеть, что с человеком произошло, почему его так перекосило. Свет ищет в человеке. Даже в самом пропащем. И, как правило, находит. Хотя и не всегда. Есть у него жуткий рассказ - "Охота жить". Страшный рассказ, но у Шукшина один из лучших. Там заключенный беглый набредает на охотничью избушку в тайге, хозяин-старик его отогревает, ментам не сдает, ружьем на дорогу снабжает, а тот ему, когда прощаются на лыжной тропе, расходятся, в спину стреляет. И это тоже - русский человек, с его способностью к действию. Правда о нём, которой Василий Макарович не чуждался. Тут для него преград-то не было, никаких рамок, включая цензуру (и это в самые беспросветные годы рубежа 60-70-х), - тот еще бесконвойный! Вот за это и люблю.
Tags: Василий Шукшин, русская деревня, русская проза, самые мои, юбилей
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments